В России становится все больше людей, которые живут одни. «Ведомости. Город» со ссылкой на данные переписи и ВЦИОМ пишут о резком росте числа одиночных домохозяйств за последние два десятилетия. Причем речь уже давно не только о пожилых людях, потерявших супругов. Все заметнее другая группа: мужчины и женщины трудоспособного возраста, работающие, мобильные, вполне устроенные, которые живут отдельно и не воспринимают это как временную паузу перед «настоящей жизнью». Похожий процесс идет почти во всех развитых странах. Где-то быстрее, где-то медленнее, но направление одно и то же: домохозяйство становится меньше, а отдельный человек все чаще оказывается самостоятельной бытовой и экономической единицей.
Проще всего объяснить это изменением нравов. Люди позже вступают в брак, чаще разводятся, женщины экономически независимы, молодежь не спешит заводить детей, все меньше работает прежняя установка: сначала институт, потом свадьба, потом квартира, ребенок и вся дальнейшая жизнь по заранее известному сценарию. Все это действительно происходит. Но, кажется, за разговорами о ценностях мы недооцениваем гораздо более прозаическое обстоятельство: современный город впервые сделал жизнь одного человека технически удобной.
Еще сравнительно недавно одиночество имело совершенно другую бытовую цену. Наши родители и бабушки-дедушки вместе зарабатывали, готовили, ремонтировали, растили детей, ухаживали за больными родителями, ездили встречать с вокзала, носили сумки, сидели с температурой возле чужой кровати. Даже не самая счастливая семья оставалась маленькой системой взаимного обслуживания и страхования от беды. Человек мог сколько угодно раздражать другого, но знал, кому позвонить, если сломалась машина, поднялось давление или ребенка надо забрать из школы.
Город эту конструкцию постепенно разобрал на отдельные функции и предложил каждую из них в виде услуги. Ужин привезут через сорок минут. Продукты поднимут к двери. Квартиру уберут. Такси отвезет куда угодно. Мастер починит кран. Врач проконсультирует по видеосвязи. Психолог выслушает. Если есть деньги, можно довольно долго жить, почти не вступая ни с кем в устойчивую бытовую зависимость. Рынок давно понял, что перед ним новый тип потребителя, и перестраивается под него: компактные квартиры, готовая еда, небольшие упаковки, соло-путешествия, гибкие планировки, сервисы для одного. Даже кухня становится меньше не только потому, что квадратный метр дорог, но и потому, что современному городскому человеку она все реже нужна в том качестве, в каком была нужна семье тридцать или сорок лет назад.
Можно было бы сказать, что люди стали эгоистичнее и разучились жить вместе. Но это слишком простое объяснение. Человеку прежде всего стало легче не терпеть другого человека. И вот здесь начинается действительно серьезное изменение. Если раньше совместная жизнь часто была экономической необходимостью, сегодня она все больше становится добровольным выбором. Женщина уже не обязана сохранять плохой брак из страха остаться без средств. Мужчина не нуждается в жене как в единственном человеке, способном организовать ему домашнюю жизнь. Молодой человек может уехать в другой город и довольно быстро наладить быт без помощи родителей и родственников. У этой свободы есть очевидная человеческая ценность: отношения перестают держаться только на невозможности разойтись.
Но именно поэтому требования к отношениям становятся выше. Когда одному жить возможно, совместная жизнь должна давать что-то большее, чем просто экономию на квартплате и наличие приготовленного ужина. Вопрос «зачем мне этот человек рядом?» теперь звучит куда жестче. Если отношения приносят постоянное напряжение, унижение, бытовое рабство, холод или бесконечные конфликты, аргумент «зато не одна» постепенно теряет силу. Возможно, поэтому современная семья переживает не столько разрушение, сколько крайне болезненный пересмотр своего назначения. Она больше не может существовать исключительно потому, что так удобнее выживать.
Есть, однако, и обратная сторона, о которой говорить сложнее. Отказ от семейной зависимости не сделал нас полностью независимыми. Мы просто перенесли значительную часть прежней зависимости наружу. Вместо родственников появился рынок услуг, вместо соседской взаимопомощи — доставка и такси, вместо большой семьи — профессиональные няни, сиделки, психологи, клининговые компании. В некотором смысле современный городской человек оказался даже сильнее привязан к внешней инфраструктуре. Пока есть работа, деньги, интернет, медицина и сервисы, эта система работает прекрасно. Но болезнь, старость, потеря дохода или серьезный жизненный кризис быстро показывают ее пределы. Не все можно купить, и главное, не все можно купить вовремя.
При этом было бы неправильно автоматически отождествлять жизнь одного человека с одиночеством. Человек может иметь отдельную квартиру и быть глубоко включенным в жизнь родителей, детей, друзей, любимого человека. Современные отношения действительно все меньше обязаны совпадать с общей пропиской, общей кухней и одним шкафом на двоих. И наоборот, можно жить большой семьей и годами чувствовать себя совершенно чужим среди своих.
Особенно интересен еще один парадокс. Чем легче человеку устроить жизнь одному, тем выше цена настоящей близости. Раньше рядом с другим нередко оставались потому, что без него было трудно. Теперь можно уйти. Значит, чтобы человек остался, недостаточно просто быть рядом. Нужно быть тем, с кем лучше, чем без тебя. Для семьи это, пожалуй, гораздо более тяжелое испытание, чем любые разговоры о традициях. Оно требует не формального брака, а качества отношений, ответственности, уважения, способности выдерживать другого человека не из страха остаться одному, а потому, что он действительно дорог.
Современный город способен очень многое. Он научился кормить одного человека, возить его, лечить, развлекать, обслуживать его квартиру и подстраивать под него целые рынки. Он научился делать одиночную жизнь комфортной, а иногда и привлекательной. И это, безусловно, одно из проявлений свободы, которую получил современный человек.
Но есть вещь, которую никакая городская инфраструктура пока не умеет производить.
Человека, который знает, что вы не любите молоко в кофе. Который замечает по голосу, что с вами что-то не так. Который помнит ваши провалы и лучшие годы. Которому не надо объяснять вашу биографию с самого начала. Который остается рядом не потому, что ему за это заплатили и не потому, что приложение подобрало удобное время. КОторый просто посидит с вами рядом, потому что любит.
И, возможно, главный вопрос сегодня стоит так: что должна дать человеку семья в мире, где для элементарного выживания она ему уже не обязательна? Вот об этом нам предстоит задуматься уже сегодня.
Точка зрения автора не обязательно совпадает с позицией редакции
Коллаж: ИА Цивилизация